Пиши и продавай!
как написать статью, книгу, рекламный текст на сайте копирайтеров

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29

Лит.-худ. сб.

Париж

1930-1934

4

10

Н.А. Оцуп

«Встречи»

Ежемес. лит.

Париж

1934

1

6

Г.В. Адамович, М.Л. Кантор

«Русские записки»

Обществ.-полит.-лит.

Париж-Шанхай

1937-1939

3

21

П.Н. Милюков

«Русская мысль» была наиболее традиционным журналом[97]. Редакция под руководством П.Б. Струве декларировала преемственную связь с дореволюционным изданием, выходившим под тем же названием. В первом номере было напечатано обращение «К старым и новым читателям». Основная задача журнала тоже сохранялась – «быть органом свободной русской национальной мысли политической и культурной». По замыслу редакции, «Русская мысль» пыталась сплотить вокруг себя все живые духовные силы, преданные идеалу органического национального возрождения России, ее государственности и культуры.

П.Б. Струве в обращении редакции к аудитории призывал к объединению всех сил эмиграции: «Мы освобождаем нашу патриотическую страсть от раболепия перед отдельными политическими формулами и лозунгами, от пленения партийными программами и платформами... мы свободно отдаемся великому целому – России... Сквозь угар коммунистических замыслов и интернационалистических умыслов, среди несказанных страданий и великой мерзости безбожия и бесчеловечности, восстает и воскресает Россия. Осознать и осмыслить в глубочайшем падении это Воскресение России, ее векового и в то же время живого образа – вот задача русской мысли и нашего журнала» (№ 1). Реализуя программу журнала, сам редактор опубликовал серию статей по политическим проблемам: «Размышления о русской революции», «Историко-политические заметки о современности», «Голод», «Ошибки и софизмы “исторического” взгляда на революцию», «Познание революции и возрождение духа» и др. Одновременно печатались статьи других известных политических деятелей, вышедшие затем в виде отдельных книг: «Размышления о русской революции», «1920 год» В. Шульгина, «Европа и человечество» Н.С. Трубецкого, «Военный максимализм и демократия» Г. Ландау, «Русские дела», «Дела иностранные» С. Ольденбурга.

В литературно-художественном отделе журнала публиковались многие известные писатели и поэты: И. Бунин, А. Куприн, А. Толстой, М. Цветаева, З. Гиппиус, Д. Мережковский, А. Ремизов, Е. Чириков, И. Сургучев и др. Однако таких произведений, которые стали бы литературным явлением эмиграции, в «Русской мысли» не появилось. Особое место в журнале занимала документальная и мемуарная проза: «Воспоминания» князя Е.Н. Трубецкого, «Дневник 1919 года» З.Н. Гиппиус, «1920 год» (очерки) В. Шульгина и др.[98] В предисловии к своим очеркам В. Шульгин подчеркивал: «...мы живем в эпоху, которой будут весьма интересоваться наши потомки. Но, может быть, следует подумать о том, что о Русской революции будет написано столько же лжи, сколько о французской. Из этой лжи вытечет опять какая-нибудь новая беда. Для нас это ясно... Поэтому в высшей степени важно для нашего будущего правдивое изображение того, что сейчас происходит перед нашими глазами»[99].

Литературно-критический отдел представляли известные публицисты: П. Струве, К. Мочульский, П. Бицилли, К. Зайцев, П. Савицкий (псевдоним Петроник) и др.

Одновременно с «Русской мыслью» в Берлине выходили журналы большого формата «Сполохи» и «Жар-птица». В отличие от других изданий «Сполохи» редактировались малоизвестным молодым писателем А. Дроздовым, что, однако, не отражалось на составе авторов журнала. На его страницах встречаются произведения И. Бунина, К. Бальмонта, Н. Оцупа, В. Ходасевича, А. Толстого, М. Волошина и др.

«Жар-птица» оставила заметный след в истории русской журналистики. Журнал получал немало лестных отзывов. Так, профессиональный издатель И.В. Гессен назвал «Жар-птицу» «печатным Шедевром, который и улльштейновские специалисты признавали недосягаемым совершенством»[100]. «Лучшие немецкие типографии учились у него, как надо печатать художественные издания, а лучшие немецкие издательства учились у него, как надо оформлять и издавать книги»[101]. А вот как воспринимал этот журнал писатель Виктор Некрасов, эмигрировавший за границу в 70-х годах: «Но, пожалуй, самое интересное, что я обнаружил на берегу Сены, – это журнал “Жар-птица”... Издание – превосходное. На беловой бумаге с цветными вклейками, ну почти как “Аполлон” или “Золотое руно”. Весьма достойные авторы – Борис Зайцев, Куприн, Борис Пильняк, В. Ходасевич, В. Сирин... любимый мной И.С. Соколов-Микитов, живший тогда в Берлине. Художники в журнале один другого лучше – А. Бенуа, Сомов, Григорьев, Ларионова, Билибин. Все добропорядочно и красиво, никаких поисков нового. И советская власть будто и не существует. Выставка скульптур Аронсона. К юбилею Левитана. Большая статья о творчестве А. Бенуа...»[102].

Журнал «Жар-птица» действительно пытался продолжать и развивать традиции русской журналистики, заложенные известными журналами «Мир искусства» (Петербург, 1899–1904) и «Аполлон» (Петербург, 1909–1918)[103]. Значительное место в нем отводилось искусству. В выпуске журнала участвовали видные русские художники. Редактором художественного отдела был Г.К. Лукомский, литературным редактором – Саша Черный, что определяло своеобразие, занимательность, легкость литературного материала. Вероятно, поэтому ближайшей сотрудницей издания была Н.А. Тэффи, не печатавшаяся обычно в других толстых журналах.

«Звено». В последующие годы наиболее видным журналом становится «Звено». Сначала это издание выходило в 1923 г. как еженедельная литературно-политическая газета, затем как литературный еженедельник, а в 1927–1928 гг. как ежемесячный журнал, посвященный проблемам литературы и искусства. В журнале выделялся литературно-критический отдел, где блистал Г.В. Адамович, сотрудничали К.В. Мочульский, В.В. Вейдле, кн. Д.П. Святополк-Мирский, Н.М. Бахтин[104], А.Я. Левинсон.

«Версты». В 1926–1928 гг. в Париже вышло три номера ежегодника. Он редактировался крупным литературным критиком князем Д.П. Святополк-Мирским при ближайшем участии А. Ремизова, М. Цветаевой, Л. Шестова и евразийцев П.П. Сувчинского и С.Я. Эфрона. Журнал отличался от других изданий стремлением соединить все лучшее, что появлялось в литературе как в эмиграции, так и в Советской России. В нем печатались произведения Исаака Бабеля, Андрея Белого, Артема Веселого, Бориса Пастернака, Юрия Тынянова и др., отрывки из «Николая Чудотворца» и «России в письменах» А. Ремизова, «Поэма Горы» и трагедия «Тезей» Марины Цветаевой. В публицистическом и критическом отделах печатались статьи Н.А. Бердяева, Л.И. Шестова, князя Д.П. Святополк-Мирского, первые статьи Г.П. Федотова (псевдоним Е. Богданов) – «Три столицы», «Трагедия интеллигенции». Они привлекли всеобщее внимание. «Версты» имели раздел «Материалы», где появились «Житие протопопа Аввакума», «Апокалипсис нашего времени» В.В. Розанова, написанный еще в конце 1917 – начале 1918 г., где пролетарская революция рассматривалась как крушение и старого строя, и культуры вообще.

«Числа». В 30-е годы наибольшую известность приобретает журнал «Числа»[105], ставший прибежищем литературной молодежи. Его редактором был поэт Николай Оцуп. В редактировании первых четырех номеров участвовала И.В. де Манциарли, которая частично финансировала издание, позже журнал издавался на пожертвования частных лиц. Редакция называла «Числа» литературным сборником. Первый его номер открывался словами: «По тем или иным причинам, в русской культуре, как она развивалась в XIX и XX вв., почти вся тяжесть ее самых ответственных вопросов и решений легла на писателей и поэтов. Едва ли не виднейшие русские мыслители, едва ли не самые одаренные политические деятели – писатели. Литература в России всегда была проводником ко всем областям жизни.

Вот почему и вот в каком смысле “Числа” задуманы как сборники по преимуществу литературные.

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29

  • Сайт знакомств
    Социальная сеть знакомств. Татарский сайт знакомств
    intimclub.org
сайт копирайтеров Евгений